Тайна роддома в Отеген-батыре: женщина 39 лет ищет сына, которого объявили умершим
Сейчас Татьяна пытается восстановить события того дня. Она ищет архивные записи, документы и людей, которые могли помнить её роды и рассказать, что случилось с сыном.
Свою историю Татьяна рассказала корреспондентке ZTB. По словам женщины, в августе 1987 года она родила мальчика дома. Ребёнок был жив, подавал признаки жизни, однако спустя несколько часов в роддоме ей сообщили о его смерти. При этом, утверждает Татьяна, ей не дали увидеть тело сына и не выдали медицинские документы, в которых была бы указана причина смерти.
По просьбе собеседницы редакция не раскрывает её фамилию и не публикует личные фотографии.
«Ребёнка мы все видели»
В 1987 году 20-летняя Татьяна жила в селе Куйган, примерно в десяти километрах от Николаевки. Тогда там располагалось третье отделение совхоза «Рассвет». Позже Николаевку переименовали в Жетыген, а в 2024 году населённый пункт получил статус города и название Алатау. Сегодня Куйган входит в его состав как микрорайон.
По словам Татьяны, беременность протекала нормально. Результаты анализов не вызывали опасений, врачи также не сообщали о каких-либо отклонениях. Однако утром 22 августа, примерно на седьмом с половиной месяце беременности, у неё внезапно отошли воды.
Дома в тот момент находились родители Татьяны и её муж, с которым она впоследствии развелась. Муж позвал знакомого с автомобилем, чтобы отвезти женщину в больницу, но выехать они не успели. Семья вызвала скорую помощь.
«Скорая приехала, стояла возле дома. Зашёл врач скорой помощи. Они сидели, ждали. Я ребёнка родила. Его мы все видели. И мои родители видели, и муж видел, и я видела»,
Татьяна вспоминает, что мальчик заплакал сразу после рождения. По её словам, вес ребёнка составлял около 1,7 килограмма.
После родов у женщины не отошла плацента. Бригада скорой помощи доставила мать и новорождённого в больницу Николаевки. Там Татьяне помогла врач, имя и фамилию которой она запомнила как София Гафарова. По словам собеседницы, именно эта врач ранее подписывала ей документы для оформления декретного отпуска.
Ласковое обращение врача Татьяна помнит до сих пор. По её словам, медик объяснила, что возникшее после родов осложнение могло стоить ей жизни.
«Она очень сочувственно ко мне обошлась. Называла меня „доченькой“. И сказала: „Твоё счастье, что плацента где-то защемилась, а так был бы летальный исход“»,
Затем мать вместе с новорождённым на той же машине скорой помощи доставили в роддом посёлка Энергетический. Сегодня это село Отеген батыр, которое местные жители по-прежнему называют ГРЭС.
В роддоме сообщили о смерти сына
В роддоме Татьяна ещё раз увидела сына. По её воспоминаниям, мальчик двигал глазами. После этого женщину отвели в палату. Вскоре туда вошла врач и резко спросила, кто из пациенток родил дома. Татьяна отозвалась, после чего врач сообщила ей, что ребёнок умер.
«Я не услышала ни объяснений, ни слов сочувствия. У меня, конечно, истерика, слёзы, рёв бешеный. Относились с какой-то неприязнью. Мне показалось, будто они подумали, что я сама могла навредить ребёнку»,
После этого Татьяна больше не увидела сына. По её словам, ей также не выдали никаких медицинских документов, подтверждающих смерть ребёнка и объясняющих её причину.
Свидетельство принёс отец
По словам Татьяны, в роддоме она провела около трёх недель. После того как ей сообщили о смерти сына, врачи, утверждает женщина, больше не подходили к ней и не проводили никаких процедур. Татьяна тяжело переживала случившееся и даже думала о том, чтобы уйти из больницы. Однако решила дождаться больничного листа, чтобы получить оплату за время, проведённое там.
Вернувшись домой, она получила от отца свидетельство о смерти сына. Этот момент Татьяна помнит до сих пор.
«Папа у меня очень хороший был. Он очень сильно переживал. Принёс с опущенными глазами, подал мне и говорит: „Вот свидетельство о смерти“. Но почему он его взял, а не муж, — вот эта загадка»,
Татьяна так и не узнала, где именно получили свидетельство о смерти сына и что врачи объяснили её бывшему мужу. По словам женщины, позже он рассказывал, что отказался подписывать документы в роддоме, поскольку не верил, что ребёнок умер. Татьяна до сих пор помнит, как он объяснял своё решение:
«Я не буду ничего подписывать, потому что мой ребёнок не мог умереть. Мы ещё будем разбираться».
Но в памяти Татьяны навсегда осталось лицо сына. Она помнит его нос, губы и глаза — точь-в-точь как у отца.
«Ни ноги не идут, ни руки не поднимаются»
В первые месяцы после родов Татьяне часто снился сын. Во сне он был жив, смотрел на неё и улыбался. Эти сны женщина помнит до сих пор.
«Я не могу поставить свечку своему сыну за упокой души. Не могу. Я захожу иногда в церковь, ставлю за здравие. Отцу, родственникам, кого уже нет, ставлю за упокой. Но у меня ни ноги не идут, ни руки не поднимаются, чтобы ему поставить за упокой»,
По словам Татьяны, особенно часто сын снился ей в первые два месяца после родов. В следующий раз она увидела его во сне лишь много лет спустя.
«Он мне снился живой. Он смотрел на меня и глазками так и улыбался»,
Вскоре после случившегося Татьяна вместе с мужем уехала в Молдавию. По её словам, бывший супруг родом оттуда. Женщина до сих пор хорошо помнит его внешность и надеется однажды узнать знакомые черты в лице сына.
В документах о работе нашёлся отпуск
К поиску документов, связанных с рождением сына, Татьяна вернулась, когда начала оформлять пенсию. Обращаясь в архив за сведениями о трудовом стаже, она запросила в том числе данные за 1987 год.
По словам Татьяны, в архиве сохранилась запись об отпуске на 56 дней за 1987 год. Женщина утверждает, что эти дни ей оплатили. Однако больничного листа, который она помнит, среди документов о её трудовой деятельности не оказалось.
«Я съездила в архив по поводу пенсии, поднимала все свои документы, всю свою работу. Там не оказалось больничного, там просто оказался этот отпуск»,
Архивные документы Татьяна сохранила. Теперь она пытается выяснить, как в 1987 году оформили её отсутствие на работе и где можно найти больничный лист. Параллельно женщина разыскивает медицинские записи. По её словам, из роддома ей выдали только больничный лист. Обменную карту и документы, связанные с рождением и смертью ребёнка, она не получила.
Запись о 12 часах
Спустя годы Татьяна вновь попыталась восстановить хронологию событий и обратила внимание на одну деталь. По её воспоминаниям, в одном из документов было указано, что мальчик прожил 12 часов. Женщина предполагает, что видела эту запись в больничном листе, который получила в роддоме. Однако сейчас документа у неё нет, поэтому проверить, действительно ли там была такая отметка, она не может.
«Прочитала, что он прожил 12 часов. Сейчас, когда вот стала всё вспоминать, это не укладывается»,
Татьяна вспоминает, что сын родился примерно в пять утра. О его смерти ей сообщили примерно через шесть часов. Женщина не может понять, как эти временные отметки соотносятся с записью о том, что ребёнок прожил 12 часов. Теперь она хочет найти медицинские документы, чтобы восстановить точную последовательность событий и выяснить, что происходило с сыном после того, как его доставили в роддом.
Где искать документы за 1987 год
Татьяна признаётся, что поначалу ей было сложно искать информацию в интернете и разбираться в электронных базах: не хватало ни знаний, ни технических возможностей. Теперь женщина решила обратиться к архивам и выяснить, где могли сохраниться бумажные документы за 1987 год.
Найти электронные сведения о сыне Татьяне не удалось. В одном из архивов ей сообщили, что старые документы пострадали из-за затопления. Теперь женщина не знает, какие записи всё же уцелели и могли ли их копии сохраниться в других медицинских учреждениях или архивах.
Недавно Татьяна узнала, что в отделе регистрации актов гражданского состояния (РАГС) Отеген-батыра могут храниться старые бумажные книги. Теперь она намерена проверить и эту возможность в надежде найти сведения о сыне.
«Там должны в архиве лежать вот эти книги бумажные. Вдруг там есть? Я обращусь туда»,
Татьяна надеется найти актовую запись о смерти сына и выяснить, на основании какого медицинского заключения её оформили. Ещё один вопрос, на который женщина хочет получить ответ, — почему семье не выдали тело ребёнка. По её словам, никто из родственников не подписывал отказ от его получения для захоронения.
Звонок сотруднице скорой
За эти годы Татьяна пыталась разыскать людей, которые могли помнить события того дня. Ей удалось найти номер телефона женщины, работавшей тогда в скорой помощи. Однако во время разговора та ответила, что ничего не помнит.
Татьяна признаётся, что долго испытывала к ней злость. Женщина допускала, что во время перевозки мальчик мог переохладиться.
«Мне почему-то казалось, что они не закрыли лицо мальчику, когда везли в скорой, и я её как-то в этом винила в первое время»,
Документов, которые могли бы подтвердить это предположение или установить причину смерти ребёнка, у Татьяны нет. По её словам, спустя некоторое время та же сотрудница скорой помощи приезжала к её отцу, который болел раком.
Татьяна до сих пор помнит её слова о том, что помочь отцу уже невозможно. Женщина признаётся, что и тогда испытывала к ней злость, которую на протяжении многих лет связывала с потерей сына.
Встреча в очереди, после которой появились новые вопросы
Недавно Татьяна пришла в офис «Казахтелекома» в Отеген-батыре и ждала своей очереди. По её словам, к ней подошёл подросток и спросил, не учится ли её сын в школе-гимназии № 38.
Женщина растерялась. Она ответила, что у неё есть дочь, а затем рассказала подростку о мальчике, которого потеряла много лет назад.
Собеседник успел сообщить, что школьника, о котором он спрашивал, зовут Нурлан, он живёт в Отеген-батыре и учится в десятом классе. Подросток также описал его отца как высокого и смуглого мужчину. Именно таким Татьяна помнит своего бывшего мужа.
Если сын Татьяны жив, сейчас ему 39 лет. Однако подросток спрашивал её о школьнике. Поэтому женщина допускает, что Нурлан может быть её внуком. Кто именно тот мальчик, о котором говорил незнакомец, и связана ли эта встреча с её семьёй, Татьяна пока не знает.
Татьяна попросила подростка прислать фотографию мальчика и оставила ему свой номер телефона. Однако записать имя и контакты собеседника она не успела. Он так и не связался с ней. Позже женщина попыталась узнать его фамилию у сотрудников «Казахтелекома», но те не смогли ей помочь.
Несмотря на неудачу, Татьяна не оставила попыток найти мальчика. Она обратилась к знакомым родителям учеников этой школы и попыталась получить информацию через учителей. К моменту беседы с корреспонденткой ZTB женщина также связалась с преподавателем начальной военной подготовки, который занимается со старшеклассниками, и ждала от него ответа.
«Пробовали через учителей узнать. Хочу, конечно, ещё сама проехать в школу. Буду искать до конца»,
Татьяна надеется встретиться с администрацией школы и разыскать подростка, с которым познакомилась в очереди.
По её расчётам, у неё есть ещё два года, чтобы найти Нурлана через школу и попытаться выйти на его семью. Женщина не исключает, что могла ошибиться с номером учебного заведения, поэтому намерена продолжить поиски и в других школах Отеген-батыра.
«Может быть, здесь сыграла роль подмена?»
Пытаясь восстановить события августа 1987 года, Татьяна рассматривает разные версии произошедшего. Одна из них — возможная подмена детей в роддоме.
«Я уже прокручиваю всё в голове. Может быть, в ту ночь родился мёртвый ребёнок, а им не надо было показывать, что в больнице такой случай. А я привезла живого ребёнка. Может быть, здесь сыграла роль подмена?»
При этом никаких документов, подтверждающих версию о подмене детей, у Татьяны нет. Женщина подчёркивает, что не намерена ни на кого писать заявление. Сейчас для неё главное — выяснить, что произошло с сыном, и наконец получить ответы на вопросы, которые остаются без ответа уже много лет.
«Душа ещё не на месте. И почему-то, знаете, я даже как-то внутренне спокойна. Вот раньше, как говорится, в душе плакала, а сейчас почему-то, наоборот, кажется, что ещё живу, ещё могу что-то с этим сделать. Надежда умирает последней, как говорится. Всё нужно проверить, чтобы быть спокойной»,
Что рассказывают о роддоме
Родильное отделение входит в структуру Илийской центральной районной больницы, расположенной в селе Отеген-батыр по адресу: улица Титова, 30.

По словам Татьяны, ещё в те годы она слышала нарекания в адрес этого роддома. Особенно ей запомнилась история, которую ей рассказали об одной из пациенток.
«Я слышала, что там была такая ситуация в этом роддоме. У женщины сначала вызывали роды, потом им это надоело, и они, наоборот, стали пытаться остановить роды. В итоге там что-то с ребёнком произошло. То есть в то время, в моё, тоже было такое халатное отношение. Сейчас мои знакомые рожают там. У тех, кого я знаю, всё нормально. Но нет-нет да и появляются в инстаграме такие истории насчёт роддома», — отмечает она.
Татьяна также решила рассказать свою историю в Instagram местного паблика. Она надеялась, что публикацию увидят люди, которые помогут разыскать архивные документы или узнать подростка, с которым она случайно разговорилась в офисе «Казахтелекома».
Под публикацией пользователи начали рассказывать о собственном опыте. Некоторые поделились жалобами на роддом в Отеген-батыре, другие вспомнили истории, которые, по их мнению, напоминают случай Татьяны.
«Если он не захочет со мной общаться, я не буду настаивать»
История родов Татьяны и событий августа 1987 года пока известна только с её слов. Она надеется, что кто-нибудь узнает описанные обстоятельства и вспомнит тот день: вызов скорой помощи в Куйган, женщину с недоношенным мальчиком или медиков, дежуривших тогда в роддоме посёлка.
Татьяна пытается выяснить, сохранились ли документы о сыне и найдётся ли человек, который сможет рассказать, что с ним произошло. При этом она уже представляет, как могла бы пройти их встреча, если спустя столько лет её надежда сбудется.
«Я хочу успокоиться, что он жив и здоров. Если он не захочет со мной общаться, я не буду настаивать»,
По словам Татьяны, у неё нет денег, чтобы нанять юриста и поручить ему поиск документов. Поэтому пока она пытается справиться своими силами.
Если вы помните события 22 августа 1987 года, в то время работали в скорой помощи, больнице Николаевки (позже её переименовали в Жетыген) или роддоме посёлка Отеген-батыр либо знаете, где могут храниться документы за тот год, свяжитесь с редакцией ZTB.
Мы также просим откликнуться тех, кто допускает, что может быть сыном Татьяны. Все обращения редакция передаст женщине и поможет им связаться.
Все материалы










